?

Log in

Архив рассылки "Немного поэзии" [entries|archive|friends|userinfo]
Архив рассылки "Немного поэзии"

[ userinfo | livejournal userinfo ]
[ archive | journal archive ]

Михаил Рабинович [Jun. 12th, 2015|08:51 pm]
Архив рассылки "Немного поэзии"
[Tags|]

Уже написан Вертер, Пиноккио украден,
уже закончен пленум (“Звезда” и “Ленинград”),
уже ушeл автобус – какого слова ради
он должен пассажиров ждать на пути назад.
Уже Венере - руки, а пионеру – галстук
отбили, развязали и пьeм на брудершафт,
сжимая еле-еле гранeное лекарство,
где еле-Церетели уместится в ландшафт,
где вера и Венера, и Вертер с пионером...
В начале было слово – ни огонька в ночи,
и скульптор Папа Карло томительно и нервно
сжимает как игрушку полено для свечи.
linkpost comment

Леопольд Эпштейн [Jun. 9th, 2015|11:10 pm]
Архив рассылки "Немного поэзии"
[Tags|]

Я как будто услышал твой голос ночной,
Я как будто увидел твой контур ночной,
И как будто ударил в меня рикошетом
Оглушающий запах сирени ночной.
Я сказать не могу, что случилось со мной,
Я понять не могу, что случилось со мной,
Мне всего лишь на миг показалось, не больше:
Всё неправда – и ты не простилась со мной.

(1977)

* * *

Отдамся движенью души, её лживому, жгучему бреду,
Покажется мне, что мы снова с тобою в саду...
Засну в электричке, свою остановку проеду,
На чёрной платформе кромешною ночью сойду.
Как поздно! как холодно! как непроглядно – о Боже!
Зловещий перрон – словно в старом кино про войну.
Мне скажут, что здесь километров двенадцать, не больше.
Секунду подумаю. "Надо идти". И – шагну.
Согреюсь. По мышцам прокатятся тёплые волны,
И станет спокойно, как после большого труда.
И так я обрадуюсь этой прогулке невольной,
Как будто мне только её не хватало всегда.
Отдамся движению ног, их надёжному, твёрдому шагу,
Морозу и ветру, ночной молчаливой стране,
И снова почувствую ясность, покой и отвагу,
Которые в каждом упрятаны где-то на дне.
С движеньем сольюсь. Совпаду с безграничным молчаньем.
Исчезнет сумбур суетливого, глупого дня.
И нить моей мысли окажется столь же случайной,
Сколь эта прогулка. И столь же родной для меня.
С мучительной былью сплетётся высокая небыль,
И их расплести никому уже будет невмочь.
А звёздное небо вверху зазвенит, словно невод,
Развешенный кем-то сушиться в морозную ночь.
linkpost comment

"У лукоморья дуб зеленый" на иврите [Apr. 12th, 2015|08:17 pm]
Архив рассылки "Немного поэзии"
[Tags|]

Эпиграф 1: Как-то израильтянка, выпускница Бар Илана, рассказывала, что читала в детстве Шленского, в том числе перевод "Онегина", и он ей очень нравился. А в Бар Илане с ней учились русские, и она их попросила почитать ей Онегина по-русски, чтобы услышать мелодию. И поразилась точности перевода. Настолько, что лет десять спустя с удовольствием об этом рассказывала.

Эпиграф 2: один из самых упоительных моментов моего родительства - ребенок с выражением читает наизусть "У лукоморья дуб зеленый". Удивительно, но я тогда впервые впечатлилась тем, как волшебно звучат эти стихи.

Да, так вот, перевод "Лукоморья" на иврит. Не Шленский, а, как выясняется, Алекс Бендерский, но тоже исключительно хорош:

linkpost comment

Борис Херсонский. С днем Поэзии! [Mar. 21st, 2015|07:32 pm]
Архив рассылки "Немного поэзии"
[Tags|]

http://borkhers.livejournal.com/2014081.html

7 Х 7

1
привет тебе свободный русский стих
верней стесненный рифмой ритмом темой
увядшей политической системой
бутылкой на двоих или троих
ты можешь быть то одой то поэмой
сонетом хорошо не теоремой
не формулой которую постиг

2
мозгляк в лабораторном кабинете
где колба на штатив закреплена
и сущность поднимается со дна
поблескивает в красноватом свете
и учит что материя одна
живет и в негодяе и в поэте
заранее на тлен обречена

3
и что там тот красавец Аполлон
и дружных муз тела без покрывала
что тучка нам что как-то ночевала
с утесом украшая темный склон
как ветреная дева после бала
уж лучше бы по небу кочевала
считала б на полях грачей ворон

4
и прочих птиц небесных чьи рулады
стихам сродни но мне картавый грай
приятней как на лире не играй
не одолеешь ты певцов эстрады
тем более певиц а те и рады
попсой тревожить мой унылый край
где нет казны но все мы казнокрады

5
привет тебе одическая спесь
привет тебе ямбическая сила
и страсть что проникает в нас без мыла
и в нашем теле образует смесь
не хуже динамита и тротила
итак ликуйте труженики тыла
умрет поэт но он умрет на весь

6
о нет не весь душа в заветной лире
и как там дальше знал ведь назубок
но потихоньку отнимает Бог
все то что дал поэту в скорбном мире
сначала память а каков итог
известно всем но понимая шире
проблему скажешь важен эпилог

7
привет Набоков ведь не может слух
вот так проститься с музыкой рассказу
дать замереть без подготовки сразу
ну хоть бы дали сосчитать до двух
сменить эпитет и закончить фразу
назло врагу кондуктору спецназу
и выйти в полдень на цветущий луг
linkpost comment

Дмитрий Быков. "Что нам делать..." [Feb. 8th, 2015|03:09 pm]
Архив рассылки "Немного поэзии"
[Tags|]

Что нам делать, умеющим кофе варить,
А не манную кашу?
С этим домом нетопленым как примирить
Пиротехнику нашу?

Что нам делать, умеющим ткать по шелкам,
С этой рваной рогожей,
С этой ржавой иглой, непривычной рукам
И глазам непригожей?

У приверженца точки портрет запятой
Вызывает зевоту.
Как нам быть? На каком языке с немотой
Говорить полиглоту?

Убывает количество сложных вещей,
Утонченных ремесел.
Остов жизни — обтянутый кожей Кащей —
Одеяние сбросил.

Упрощается век, докатив до черты,
Изолгавшись, излившись.
Отовсюду глядит простота нищеты
Безо всяких излишеств.

И, всего ненасущного тайный позор
Наконец понимая,
Я уже не гляжу, как сквозь каждый узор
Проступает прямая.

Остается ножом по тарелке скрести
В общепитской столовой,
И молчать, и по собственной резать кости,
Если нету слоновой.

1994 год
linkpost comment

Welcome back! [Feb. 8th, 2015|01:03 pm]
Архив рассылки "Немного поэзии"
[Tags|]

Все же надо какое-то вводное слово, да?
Я закрыла стихотворную рассылку семь с лишним лет назад. Несколько лет мне было совсем не до стихов, потом не совсем, иногда я вешала хорошие стихи в своем журнале, потом стала думать "А у меня ведь есть для этого специальное место"... В какой-то момент я созрела и решила разморозить "Немного поэзии". И еще меня попросили выложить куда-то мои собственные стихи.

Мои стихи лежат вот здесь, я, по старой традиции, привязала их к своему дню рождения.
Журнал "Немного поэзии" размораживаю, ни к чему не привязывая. Никакой системности и регулярности не запланировано, просто буду вешать стихи сюда, а не в свой обычный журнал, и, надеюсь, чаще.
Welcome back!

P.S. Совсем без системности не могу. Расставила тэги на старых постах. Там много прекрасных стихов; я, наверное, некоторые повторю, не удивляйтесь.
linkpost comment

(no subject) [Dec. 31st, 2007|12:57 am]
Архив рассылки "Немного поэзии"
[Tags|]

Оглавление. 2007 год.Collapse )
link

Выпуск последний. Иосиф Бродский. [Dec. 27th, 2007|12:13 am]
Архив рассылки "Немного поэзии"
Дорогие мои читатели,
Наша стихотворная рассылка выходила больше пяти лет.
Спасибо вам за то, что вы читали ее все это время.
В этом году я рассылала стихи редко, а потом и вовсе перестала.
Настало время официально объявить о том, что проект закрыт.

В наступающем году письма с адреса "Немного поэзии" не будут
ждать вас по понедельникам в почтовом ящике. Но мы наверняка
продолжим встречаться - в виртуальном пространстве и в настоящей жизни.
Потому что жизнь продолжается!

С Новым Годом вас, мои дорогие читатели!
Счастья вам, любви, и маленьких повседневных радостей.


Конец прекрасной эпохи


Потому что искусство поэзии требует слов,
я - один из глухих, облысевших, угрюмых послов
второсортной державы, связавшейся с этой,-
не желая насиловать собственный мозг,
сам себе подавая одежду, спускаюсь в киоск
за вечерней газетой.

Ветер гонит листву. Старых лампочек тусклый накал
в этих грустных краях, чей эпиграф - победа зеркал,
при содействии луж порождает эффект изобилья.
Даже воры крадут апельсин, амальгаму скребя.
Впрочем, чувство, с которым глядишь на себя,-
это чувство забыл я.

В этих грустных краях все рассчитано на зиму: сны,
стены тюрем, пальто, туалеты невест - белизны
новогодней, напитки, секундные стрелки.
Воробьиные кофты и грязь по числу щелочей;
пуританские нравы. Белье. И в руках скрипачей -
деревянные грелки.

Этот край недвижим. Представляя объем валовой
чугуна и свинца, обалделой тряхнешь головой,
вспомнишь прежнюю власть на штыках и казачьих нагайках.
Но садятся орлы, как магнит, на железную смесь.
Даже стулья плетеные держатся здесь
на болтах и на гайках.

Только рыбы в морях знают цену свободе; но их
немота вынуждает нас как бы к созданью своих
этикеток и касс. И пространство торчит прейскурантом.
Время создано смертью. Нуждаясь в телах и вещах,
свойства тех и других оно ищет в сырых овощах.
Кочет внемлет курантам.

Жить в эпоху свершений, имея возвышенный нрав,
к сожалению, трудно. Красавице платье задрав,
видишь то, что искал, а не новые дивные дивы.
И не то чтобы здесь Лобачевского твердо блюдут,
но раздвинутый мир должен где-то сужаться, и тут -
тут конец перспективы.

То ли карту Европы украли агенты властей,
то ль пятерка шестых остающихся в мире частей
чересчур далека. То ли некая добрая фея
надо мной ворожит, но отсюда бежать не могу.
Сам себе наливаю кагор - не кричать же слугу -
да чешу котофея...

То ли пулю в висок, словно в место ошибки перстом,
то ли дернуть отсюдова по морю новым Христом.
Да и как не смешать с пьяных глаз, обалдев от мороза,
паровоз с кораблем - все равно не сгоришь от стыда:
как и челн на воде, не оставит на рельсах следа
колесо паровоза.

Что же пишут в газетах в разделе "Из зала суда"?
Приговор приведен в исполненье. Взглянувши сюда,
обыватель узрит сквозь очки в оловянной оправе,
как лежит человек вниз лицом у кирпичной стены;
но не спит. Ибо брезговать кумполом сны
продырявленным вправе.

Зоркость этой эпохи корнями вплетается в те
времена, неспособные в общей своей слепоте
отличать выпадавших из люлек от выпавших люлек.
Белоглазая чудь дальше смерти не хочет взглянуть.
Жалко, блюдец полно, только не с кем стола вертануть,
чтоб спросить с тебя, Рюрик.

Зоркость этих времен - это зоркость к вещам тупика.
Не по древу умом растекаться пристало пока,
но плевком по стене. И не князя будить - динозавра.
Для последней строки, эх, не вырвать у птицы пера.
Неповинной главе всех и дел-то, что ждать топора
да зеленого лавра.

Декабрь 1969
linkpost comment

Выпуск 272. Ербол Жумагулов [Aug. 4th, 2007|12:10 am]
Архив рассылки "Немного поэзии"

* * *

Потакая зиме,
вечер квёл и на тонкости скуп;
и дрожит дурачок,
и лепечет, мол, все мы во сне —
лишь мерцает во тьме
(притаился у выступа губ)
сигаретный зрачок,
расширяясь от пропасти вне.

Унаследуй меня,
близорукого времени грязь:
мотылька придави,
осыпая на крылья песок;
но шепни, хороня,
почему и откуда взялась
беспредельность любви,
чью инфекцию так и не смог

одолеть ни один
перебежчик из света во мрак,
ибо все мы гнием
под пластами прошедших эпох.
И до самых седин,
населяя вселенский барак,
мы сдаемся внаем
инженеру по имени Бог.

И куда ни смотри:
бьются лбами о мрамор, моля
о приходе того,
кто, как все, но отлит в серебре.
Бог — один и внутри,
где-то в самом начале нуля:
это сумма всего,
что известно о зле и добре.


Стансы


Мизантроп, сорванец, ипохондрик, совсем ничей,
то ли раб в сюртуке, то ли барин в овечьей дохе —
под карманную музыку мелочи и ключей
сочиняю последние главы нашей с тобой эпохи

не-возврата. И до рассвета, как водится, не усну —
слишком много ливней вплелось между прошлым летом
и твоими апрелями, мартами... Ну их, ненужных, ну...
ибо, будучи циником, легче укрыться пледом,

и подумать, что жизнь (эта сумма шагов от прошлых
не-случайностей к будущим) — оскорбительна к нам, похоже…
В общем, что бы тебе ни снилось — пуля ли, яд ли, нож ли:
ты умрешь от любви, дорогая. Я — полагаю — тоже.


* * *

Слепых созвездий рой осиный, луны фруктовый леденец.
Висит над городом осенней грозы дамоклов кладенец.

О ноябре - черна как сажа - листвою жухлою ропща,
бормочет ночь, белье пейзажа в холодных лужах полоща.

Деревья призрачные шатки и беззастенчиво голы,
и ветер облачные шапки срывает неба с головы.

Витийствуй, непогодь, покуда густа тумана пелена,
а неба грязная посуда похлебки ливневой полна.

Морозом пахнет воздух пресный: легко им дышится, пока
на горле осени окрестной зимы сжимается рука.
linkpost comment

Выпуск 271. Хаим Нахман Бялик, переводы Зеева Жаботинского. [Jul. 21st, 2007|01:18 pm]
Архив рассылки "Немного поэзии"
В новостях мелькнуло сообщение, что Шимон Перес,
удивительно нелюбимый всеми свеженазначенный
израильский президент, архитектор мирного процесса
и нобелевский лауреат, тоже стишками балуется. Муж
немедленно предложил разослать творения Переса.
Однако, перед 9 ава - днем, на который в еврейской
истории приходится целая череда страшных событий,
от разрушения Храма до уничтожений гетто и позорного
изгнания поселенцев Газы из собственных домов евреями
в военной форме, мы почитаем что-нибудь более ценное
из ивритской поэзии.


Перед закатом

Выйди, стань пред закатом на балкон, у порога,
Обними мои плечи,
Приклони к ним головку, и побудем немного
Без движенья и речи.
И прижмемся, блуждая отуманенным взором
По янтарному своду;
Наши думы взовьются к лучезарным просторам
И дадим им свободу.
И утонет далеко их полет голубиный
И домчится куда то -
К островам золотистым, что горят, как рубины,
В светлом море заката.
То - миры золотые, что в виденьях блистали
Нашим грезящим взглядам;
Из-за них мы на свете чужеземцами стали,
И все дни наши - адом...
И о них, об оазах лучезарного края,
Как о родине милой,
Наше сердце томилось и шептали, мерцая,
Звезды ночи унылой.
И навеки остались мы без друга и брата,
Две фиалки в пустыне,
Два скитальца в погоне за прекрасной утратой
На холодной чужбине.


* * *

Приюти меня под крылышком,
Будь мне мамой и сестрой,
На груди твоей разбитые
Сны-мечты мои укрой.
Наклонись тихонько в сумерки,
Буду жаловаться я:
Говорят, есть в мире молодость -
Где же молодость моя ?
И еще поверю шопотом:
И во мне горела кровь;
Говорят, любовь нам велена -
Где и что она, любовь ?
Звезды лгали; сон пригрезился -
И не стало и его;
Ничего мне не осталося,
Ничего.
Приюти меня поп крылышком,
Будь мне мамой и сестрой,
На груди твоей разбитые
Сны-мечты мои укрой...


Вечер

Снова солнце взошло, вновь поникло за лес,
День прошел, и не видел я света;
День да ночь, сутки прочь - и ни знака с небес,
Ни привета.
И на западе снова клубятся пары,
Громоздятся чудовища-тучи -
Что там ? зиждет миры или рушит миры
Некто дивно-Могучий?
Нет, не зиждутся там и не рушатся там
Ни миры, ни дворцы, ни престолы:
То свой пепел струит по земным наготам
Серый вечер бесполый.
И шепчу я: в заботах о вашем гроше
Своего не сберег я червонца... -
И встает Асмодей и хохочет в луче
Уходящего солнца.
linkpost comment

navigation
[ viewing | most recent entries ]
[ go | earlier ]